Сегодня был холодный вечер

придерживать и направлять мою голову. Капельки пота, текли по её коже, тело её изгибалось, как только могло, а губы её шептали нечто, похожее на смесь моего имени с охами и ахами.

— Постой, — произнесла она, остановив меня рукой, — я не хочу кончать одна, давай я тебе кое-что покажу, — и после этих слов она жестом показала мне встать, в то время как она сама начала ложится на диване во весь рост. Я, поняв её задумку, помогла ей сделать все быстрее, и переставив свои ноги как она указала, я занялась её промежностью в то время как она занялась моей, что в итоге позволило на образовать идеальную позу 69. Чувствуя, как её язык, гуляет во мне вместе с её пальчиками я пытаюсь сквозь удовольствия сделать то же самое, хоть это и не так просто. Наконец мне удается приравняться к темпу, с максимальным удобством, и наслаждаться процессом.

— Ксюша, — позвала меня мама.

— Да?

— Засунь в меня всю свою руку, пальчик за пальчиком.

— Что? Как это? А разве тебе не будет больно?

— Просто засунь их друг за другом, все получится, я возбуждена до предела.

Согласившись исполнить ее просьбу, я начала вводить первые два пальца. Её горячая пещерка с легкостью приняла их, обволакивая своими мышцами. Облизнув её два пальца, я поочередно ввела и их. Почти все. Мама не сдерживает стоны, а влаги из нее не уменьшается, а даже становится больше. Наконец решившись. Я ввожу последний палец в маму, медленно давая ей привыкнуть. Начиная по немного двигать, я чувствую, как мама замерла, а её влагалище сжалось, обхватывая мою руку, и отпуская, а потом вновь повторяя процедуру. Я стала активнее двигать рукой, и через какое-то время, я полноценно стала трахать свою мать рукой. Хоть мне и было немного неудобно, от такой позы, но я не обращала внимания и мне было плевать, ибо то что я творила с мамой было настолько невероятным, что несколько ее прикосновений к моей киске за ставили меня кончать, дрожа от судорог на диване, где одновременно со мной стала кончать моя мамочка. Выгнувшись, я разлеглась на ней, не в силах пошевелится, впрочем, как и она. Голова гудела, а звезды искрили в глазах. Наконец, я нашла в себе силы, и слезла с матери, постаравшись лечь рядом с ней. Она обхватила меня рукой и прижала к себе, где мы одновременно прикоснулись друг другу грудями. Диван был полностью мокрый, и я не знала, как его потом нам придется чистить, но это пока было не важно. На улице был мороз, а на заднем фоне я слышала, как Бен Аффлек предлагал кому-то заняться групповым сексом, но мне было на это плевать, ибо свой секс я уже получила. Хотя спасибо Бен за интересную мысль. Дотронувшись рукой до маминой пещерки, я постаралась почувствовать результат наших утех. Хотя ничего было не понятно.

— Мамочка, — прошептала я.

— Да, кисонька?

— А почему дверь в нашу квартиру была приоткрыта?

— Потому что я надеялась, что, увидев ее такой ты захочешь тайком узнать, что происходит, что в конечном итоге и вышло, — улыбнулась она.

— Мама.

— Да?

— Я тебя люблю.

— И я тебя тоже, — произнесла она, и обняла меня не только рукой, но и ногой, позволяя почувствовать жар её промежности, одновременно целуя меня своими губами со вкусом моих соков.